Что держит веси на плаву… река Вербовка (продолжение)

У Чукариных

Нам повезло – в этом почти безлюдном хуторе мы встретили очень радушную, гостеприимную семью Чукариных. Они практически одни из последних жителей вымирающего Платова. Ребята с удовольствием нам многое поведали и стали гидом по местным окрестностям, с любовью рассказывая о родных местах. «Уехать нельзя. Кто останется, если не мы? И пропадет хутор совсем», – сказал нам во время экскурсии глава семьи. Об этих патриотах края наше дальнейшее повествование…

В Платове одна единственная улица – Платовская. Поэтому дом супругов Чукариных мы нашли довольно быстро. Он расположился прямо в центре бывшего казачьего хутора. Рядом находилась вся инфраструктура, сейчас только частично разрушенные здания и совершенно новенький таксофон. Возле ворот стоит приятный мужчина – хозяин дома Вадим Владимирович. Увидев, что мы с интересом рассматриваем современный аппарат, улыбаясь, кричит: «А он еще и работает, можете позвонить в любую точку России и совершенно бесплатно». Не поверив ему, мы рискнули проверить. И удивительно, после набора телефонного номера вдруг пошли гудки, и собеседник, находившийся в тот момент в Ростове-на-Дону, взял трубку. Представляете, наше изумление?

Вадим любезно приглашает нас в дом, но как-то не хочется – на свежем воздухе общение приятнее. К нам присоединяются Людмила Петровна, хозяйка дома, и гости. Это сестра Вадима Рита и ее муж Александр Харитоновы. Приехали из Боковской проведать родственников. Разговор перерастает в веселую, шумную, оживленную беседу. Все что-то вспоминают, у каждого есть что сказать.

Вадим и Рита – коренные жители хутора. Вся жизнь их связана с этим местом. Вадиму знакомо здесь все: каждое дерево, каждый камешек, каждый водоем. Он вспоминает, что, по словам деда Выпряжкина Федора Васильевича, количество трудоспособного населения в Платове до революции достигало 5000 человек, потом постепенно сократилось. В свое время Вадим работал в совхозе трактористом. Его жена Людмила, которую он 22 года назад привез из Боковской, трудилась там же бухгалтером. Всего хватало. Для комфортной жизни было все. И среди полуразрушенных зданий по соседству до сих пор угадываются сельский магазин и контора, рядом столовая для тружеников, немаленький кирпичный клуб, чуть поодаль баня с парилкой. Правда, школа, построенная до революции, не сохранилась. На том месте только заросли деревьев. Последним закрыли медпункт. И судьба хутора была решена. Но Чукарины не унывают, они настроены оптимистично и в один голос утверждают, что им здесь нравится. «Вы не смотрите, что жителей почти нет. У нас гости практически каждый день, так что нам и скучать некогда».

Веселая компания рассказывает, что по традиции на Троицу сюда съезжаются бывшие хуторяне. И начинают вспоминать пофамильно платовцев, не забывающих родной хутор и приезжавших ежегодно. Это и Бондаревы, и Юрковы, и Монаховы, и Герасимовы, и Плотниковы, и Лушкины. Мы удивлены. А наши новые знакомые, перебивая друг друга, продолжают: «Воронины, Щербаковы, Оногины, Кияновы, Мирошниченко, Шматовы (Симеоновы), Кудиновы, Макаровы». Все собираются у местного кладбища, идут на могилки проведать родных. А затем все отправляются на пруд (на тот самый, который мы проезжали).

Оказывается, в окрестностях Платова было 3 пруда. Один из них пересох, от него не осталось и признаков. Странный водоем с пеньками мы уже видели. А третий, как выяснилось, совсем рядом, за домом Чукариных. Мы просим отвести нас туда.

Конечно, ребята с удовольствием соглашаются. По пути продолжаем беседу. Вот тут-то мы и узнали, что из пруда и берет свое начало речка Вербовка, которая раньше была полноводной. Там водилось очень много рыбы. Местные могли поймать там и щуку, и окуня, и пескаря, и ерша. В последние годы в летний период она пересыхает, но все равно дальше, питаясь родниками, постепенно наполняется водой и течет, впадая в Боковском районе в Чир. Мы были удивлены открытием, ведь искали-то совсем другую реку. Спасибо Чукариным и Харитоновым за помощь.

За подворьем построен баз, заготовлено сено. Чукарины занимаются подсобным хозяйством, разведением скота. Держат и небольшую пасеку. Ведь, когда совхоз распался, нужно было как-то выживать. Вадим пытался фермерствовать. Как-то не сложилось. Одно время хотел уехать в Беларусь к тете. Но, видно, судьба не дала бросить землю предков. Да так и остался, здесь и нашел свое дело.
Любуясь пейзажем, замечаем, как хозяева восторженно говорят о всем, что их окружает. «А посмотрите, на пруду лебеди. Их у нас две пары. Каждый год прилетают», – показывает Людмила.

«Бывает ли вам трудно?» – интересуемся мы. Неунывающие жизнелюбы отвечают: «Да как и всем. Недавно был прорыв в водопроводе. Почти две недели воды не было, но ничего. С вечера накачаем, на день хватает. Раньше, когда при поселении был коммунхоз, проблем с этим практически не было. Со светом проблем нет совсем. Последний раз два года назад провод порвался. Но верхнесвечниковские электрики, молодцы, быстро приехали, все отремонтировали. А вот ни пожарных, ни скорую сюда не вызвать: звоним на 112, попадаем в Боковскую, а те не реагируют, так как другой район. Так что болеть нельзя».

И тут же опять все ударились в воспоминания, как 10 лет назад от трансформатора произошло возгорание, пожар грозил уничтожить большую часть хутора. Но на тот момент жителей еще было много, все дружно собрались, кто с чем, и все удалось потушить. А следом в памяти всплыл случай, когда у Вадима произошел приступ аппендицита. Ехать в больницу не на чем, да и не с кем. Пришлось лезть на лошадь и в Боковскую… Теперь это кажется смешным, но в тот момент, наверное, было не до смеха. Вот так и выживают в глубинке. А вообще, во время разговора и Чукарины, и Васильевы говорили: «У нас в Боковской». Так обидно стало за наш Кашарский район, неужели за столько лет (даже десятилетий) ничего нельзя сделать для жителей данного села? А ведь его земли когда-то выделили казаку Платову за заслуги перед Отечеством…

Продолжая экскурсию, Чукарины показывают две кобры, которые освещают всю деревню. Больше нет.

Знакомят нас с Александром Сергеевичем Поповым. Он когда-то жил в этом хуторе. Сейчас живет в Миллерово, но часто приезжает на несколько дней сюда. «Как на дачу», – шутят ребята.
«Вот посмотрите на мангал, брат привез из Сочи», – ведет нас Вадим дальше вокруг подворья. А мангал необычный, с дарственной надписью. Наверное, замечательный шашлык получается в нем у хозяина.

Но все-таки, как признаются наши собеседники, есть и некие трудности. Зимой им досаждают лисы, шакалы. Лезут прямо во двор. А стрелять животных нельзя, так как это зона покоя – заказник. Выход пока не найден.
Но тем не менее, как бы трудно не было, Чукарины обо всем говорят с юмором, с улыбкой. Даже период бездорожья они встречают во всеоружии, заранее делая огромные запасы круп, соли, сахара.

Мы очень благодарны ребятам за те приятные минуты общения, которые они нам подарили. Но нам надо ехать. И мы оставляем гостеприимных хозяев и их приятных гостей, желая им только удачи, оптимизма. И, конечно, хочется, чтобы мечта Вадима о том, чтобы все прежнее вернулось, чтобы все жили по-человечески, чтоб когда-то здесь был газ, осуществилась. Наверное, чтобы выжить в таких условиях, и нужно быть оптимистом и верить только в лучшее.

Живет еще русская глубинка

Продолжая дальнейший путь по деревне, снова видим кое-где остатки хат, разросшиеся деревья.

Проезжая мимо кладбища, замечаем, что, хоть и местами много сорной растительности на нем, но большинство могилок ухожены. Видно, не забывают платовцы своих предков и часто приезжают сюда с поклоном. Только вот администрация поселения забыла, что его, как и другие погосты в поселении, тоже необходимо облагородить, оградить, поставить мусорные баки и туалет.

К сожалению, с третьей семьей, проживающей в хуторе, нам воочию познакомиться не удалось. Эдуарда и Натальи Мирошниченко не оказалось дома. Не удивительно, день нашего приезда выпал на воскресенье, да еще и праздник на дворе. Поэтому, возможно, супруги позволили себе немного отдыха, отлучившись из дома. Но, глядя на их подворье, тут же делаем вывод – здесь тоже живет семья тружеников, которые разводят овец. А по-другому здесь нельзя, выжить можно, только работая.

Не став дожидаться хозяев, так как погода стала портиться, мы отправились в обратный путь. По дороге все еще размышляя о хуторах, от которых остались лишь признаки: кучи глины, поросшие лебедой, на месте хат – островки садов, уже одичавших. Да, были хутора и нет их.

Неужели такая участь постигнет и Платов? Но нет, если живут на этой земле еще такие люди, с которыми нам удалось познакомиться, то и хутор будет существовать, даже если останется всего один житель.

Но испортившаяся погода внезапно прервала наши размышления. Вдруг полил сильный дождь. Дворники на автомобиле не успевали справляться с льющимся потоком воды. За считанные секунды дорога раскисла. Автомобиль стал неуправляемым, его носило из стороны в сторону. С таким трудом очень медленно мы добрались до Пономарева, где есть асфальт. И мы действительно, ощутив на целых сорок минут себя платовцами, поняли каково им выживать в таких условиях и приспосабливаться к нашему русскому бездорожью.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©
Skip to content