Семья Целищевых победила в фотоконкурсе «Наша дружная семья»

Редакция газеты «Слава труду» подвела итоги очередного конкурса из серии «Фото на обложку», который состоялся в июне 2021 года.

В онлайн-голосовании «Наша дружная семья» победила семья Целищевых — Сергей и Светлана.

Поздравляем их и напоминаем, что в подарок они бесплатно получат подписку газеты «Слава труду» на II-е полугодие 2021 года.

А теперь немного из истории семьи. Вот как сам Сергей Целищев пишет о своей любви с первого взгляда…

… По просьбе медсестры детского отделения ЦРБ Соломахиной Н., я показывал вновь прибывшему больному мальчику больничный корпус, где процедурный кабинет, где столовая, где туалет и раздевалка. В общем, я был гидом, так как попал в больницу раньше его. И вот напротив раздевалки открылась дверь ванной комнаты, и из неё вышла маленькая полненькая девочка, которая мне вдруг сразу понравилась. Такое бывает, это называется любовь с первого взгляда.

Мы дети, перезнакомившись друг с другом, по вечерам собирались в палате Калеменевой Елены, она была старше нас, но всё равно в силу своего возраста лежала в детской больнице. Сидели травили анекдоты, страшилки, вызывали духов из книг, кричали, смеялись, и нам за это не раз делали замечание, и, бывало, разгоняли по своим палатам. Я хоть и стеснялся, но познакомился с той девочкой, которая вышла из ванной комнаты. Её имя Света, ученица третьего класса Верхнемакеевской средней школы, а я был тогда в пятом классе. Мне все дни пребывания в больнице ежеминутно хотелось видеть её, я просто изнывал от любви. Мне сейчас, как и тогда, кажется, что такой любви, как у меня, не было ни у кого из живших и живущих на земле от сотворения мира, даже у Ромео и Джульетты. По вечерам дети играли, шутили, баловались, а мы со Светой молча сидели и сверлили друг друга глазами. Шли дни, освободилась у входа в больничный корпус палата, и мы в ней прятались ото всех. Там же был и первый поцелуй в щёчку. Я спросил, можно тебя поцеловать? — хоть и было очень страшно, но я, пересилив страх, впервые в жизни целовал девочку. В тот вечер она зачем-то дала мне свою вязанную вишнёвую кофточку, и, когда разошлись по палатам, я одел её, прижимая покрепче к себе, вдыхал её запах и спал в ней. Кофточка пробыла у меня дня два или три.

Потом меня выписали, а Света осталась лежать. Выписка была невыносима, я не знаю, как только выдержало сердце, как я не умер от сердечной тоски. Я взял её адрес. Придя домой, я был полностью опустошённый. Тоска отнимала все жизненные силы. По вечерам я тихонько плакал в подушку, чтобы не слышала мать. Отчим тогда тоже лежал в больнице, и я носил ему передачки. Борщ, курицу, котлеты я отдавал ему, а конфеты и яблоки относил Светлане. Встречи после выписки по времени были коротки, и каждое расставание было подобно смерти. Возвращаясь домой, от грусти подкашивались ноги. Такая была моя первая любовь.

Но в один из дней я с нетерпением шагал на встречу к своей любимой. Но увы, её выписали, моя милая третьеклашка уехала домой. Что было со мной в тот миг, и в последующие дни и недели описать невозможно, это можно только чувствовать. Такой печали даже самому лютому врагу пожелать бесчеловечно. Началась переписка, Света присылала мне рисунки и один свой символ гороскопа, вышитый нитками мулине красивый яркий петух. Но я по рассеянности потерял случайно её адрес, и на этом переписка закончилась. А ведь жили-то дуг от друга всего-навсего за 25 км. Но я был всё же ещё ребёнок, и не мог этого знать.

1984 год. Первое сентября, ПТУ номер 63 города Миллерово. Набор в группу каменщиков, я сдал туда документы, и меня приняли. На уроках спецтехнологии познакомился с одним одногруппником Иваном Ключенко, он оказался из того же села, где живёт Света. Я спросил у него, а не знаешь ли ты Крестьянову Свету? Знаю, отвечает Иван, это моя троюродная сестра, и живёт чуть ниже от меня. Я попросил передать ей привет, так как на выходные мы ездили домой. Иван передал, и по прибытию сказал: — Она помнит тебя и письмо вот передала. Что было в письме, я не помню, стёрлось из памяти. Но Иван спрашивал: — Что у вас за любовь такая спустя пять лет? Позже оказалось, что мать Ивана — двоюродная сестра моего отчима, с которым она не виделась больше двадцати лет.

Я ездил к Ивану и встречался со Светой. Спустя пять лет, на первой встрече мы, увидев друг друга, взявшись за руки, покинули всех друзей, и, оставшись наедине, бродили по улицам и переливали из пустого в порожнее, одним словом, болтали о чём попало. Я не любил ночи, это расставание с любимой. Я, как и тогда в школе, перед уходом целовал её в щёчку. Тогда же я написал для Светы своё первое и наивное лирическое стихотворение.

СЕМЕНА ЛЮБВИ

Пусть мы с тобой вдвоём
Весь шар земной пройдём,
И кинем семена любви
Чтоб не ушла она с земли.

Пусть каждый человек
Хранит её в себе навек,
Пусть в каждом сердце прорастёт
Её росток и зацветёт.

ГОЛЬФСТРИМ ЛЮБВИ

Хочу создать ГОЛЬФСТРИМ любви,
Чтоб он по миру протекал,
И всех людей, кто одинок,
Своим теплом соединял.

Пускай везде ГОЛЬФСТРИМ любви
Собой согреет зла поток,
И всем сестра его Любовь
Повяжет нежный свой платок.

Декабрь, конец 1984 года. Новый Год. Мы встречали его вшестером в доме тётки нашего друга. Это был старый дом на две комнаты, крытый камышом. Было весело, играл кассетный магнитофон, в котором надрывался Михаил Боярский… Ап, и тигры у ног моих сели… Друзья сидели за столом, а мы со Светой уединились на кухне, где стояла старая кровать с глубокой неудобной периной, на которой лежали наши пальто, шубы и куртки. Но это не мешало влюблённым сердцам. Так хотелось целоваться в губы, просто страсть как хотелось, но было страшно, вдруг не получится. И я всё же рискнул. Хоть и неумелый был первый поцелуй, но он был незабываемый и самый сладкий. И всё, страх исчез, потом ещё и ещё, и не было поцелуям конца и края. С тех пор мы целовались везде, на лавочках, на улице. Была зима, и я обманывал Ивана, что еду домой, а сам уходил, но не на остановку автобуса, я прятался в брошенном доме, оббитом толью, обдирал её, жег в печи и сидел грелся всю ночь. А на рассвете приходил в дом своей девушки, выждав, когда её мать уйдёт на ферму. Я был чёрный от сажи, пил горячий чай, приготовленный Светой, и вновь наслаждался объятиями и сладкими губами любимой. Так пролетела зима, март и апрель, настал май, я работал на стройке, и мне принесли повестку, пора служить в С.А. На проводах было много гостей, но мы убежали с ней в парк, где пробыли вместе до утра.

— Будешь ли ты меня ждать? — спросил я в полной тоске печали. Такого уныния и горечи сердца я не испытывал уже пять лет, только во время расставания в детской больнице.

Два года пролетели быстро. Но первые месяцы я сильно тосковал, хотел удрать, чтобы прижать к себе своё счастье, свою любимую девушку. Но стерпел всё, хоть и было неимоверно трудно. Писал стихи, посвящённые любимой, как и до армии…

В июне 1987 года ДМБ. Через полтора месяца свадьба. На часть свадебных денег купили билеты на самолёт на остров Сахалин, и улетели на два долгих года. Работали, я в леспромхозе, а жена Светлана в детском садике на берегу океана. Родилась дочь Оксана, спустя год сын Дмитрий, но уже на материке, в слободе Кашары. Теперь живём на родине жены, у тёщи. Сын женился, и мы отдали ему мной приватизированный колхозный дом. Ну что сказать, слава Богу за всё, жизнь вроде бы удалась. В этом году, если доживём, нашей семье будет 36 лет совместной жизни. Хорошо всё-таки подстрелил Купидон, правильной стрелой, добротной, не бракованной*.

БРАКОВАННАЯ СТРЕЛА* — Неразделённая любовь.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


доступен плагин ATs Privacy Policy ©
Skip to content